Михаил Салтыков-Щедрин

Творчество М.Е.Салтыкова-Щедрина занимает особое место в истории русской литературы. Великим художником является Салтыков-Щедрин и в «Господах Головлёвлых». В высокой степени своеобразны слог и язык Салтыкова-Щедрина. В предлагаемый сборник входят произведения М.Е.Салтыкова-Щедрина, включенные в школьную программу: `История одного города` и сказки.

Для Николая Кочергина русская сказка была главной темой и любовью. Вот уже более полутора веков во всём мире знают и любят сказки Ганса Христиана Андерсена. В числе их поклонников был и английский иллюстратор Артур Рэкхем. Его сатира откликалась на все значительные явления общественной жизни, безжалостно бичуя пороки, обличая ложь и нравственный упадок эпохи «великих реформ».

Среди классиков русского критического реализма XIX века Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин занимает место непревзойденного художника слова в области социально-политической сатиры. В книгу Избранных произведений Салтыкова-Щедрина включены сатирический роман хроника «История одного города», социально-психологический роман «Господа Головлевы», а также лучшие сказки писателя.

30 метких цитат Салтыкова-Щедрина

Этот жанр позволял писателю говорить о серьезном в остроумной и лаконичной манере. М.Е.Салтыкова-Щедрина (1826-1889) заслуженно относят к писателям-сатирикам мировой величины.

Вот так и родились его сказки. В лицее под влиянием свежих ещё тогда пушкинских преданий каждый курс имел своего поэта; на XIII курсе эту роль играл Салтыков-Щедрин.

Салтыков-Щедрин скоро понял, что у него нет призвания к поэзии, перестал писать стихи и не любил, когда ему о них напоминали. Однако в этих ученических упражнениях чувствуется искреннее настроение, большей частью грустное, меланхоличное (в тот период у знакомых Салтыков-Щедрин слыл под именем «мрачного лицеиста»). В августе 1845 Салтыков-Щедрин был зачислен на службу в канцелярию военного министра и только через два года получил там первое штатное место — помощника секретаря.

Другое действующее лицо романа — «женщина-кулак», Крошина — напоминает Анну Павловну Затрапезную из «Пошехонской старины», то есть навеяно, вероятно, семейными воспоминаниями Салтыкова-Щедрина. Вслед за возвращением Салтыкова-Щедрина из ссылки возобновилась, с большим блеском, его литературная деятельность.

Юмор, как и у Гоголя, чередуется в «Губернских очерках» с лиризмом; такие страницы, как обращение к провинции (в «Скуке»), производят до сих пор глубокое впечатление. Чем были «Губернские очерки» для русского общества, только что пробудившегося к новой жизни и с радостным удивлением следившего за первыми проблесками свободного слова, — это легко себе представить.

В настоящем и будущем Глупова усматривается один «конфуз»: «идти вперёд — трудно, идти назад — невозможно». Только в самом конце этюдов о Глупове проглядывает нечто похожее на луч надежды: Салтыков-Щедрин выражает уверенность, что «новоглуповец будет последним из глуповцев».

Он хотел поселиться в Москве и основать там двухнедельный журнал; когда ему это не удалось, он переехал в Петербург и с начала 1863 стал фактически одним из редакторов «Современника». К этому же приблизительно времени относятся и замечания Салтыкова-Щедрина на проект устава о книгопечатании, составленный комиссией под председательством князя Д. А. Оболенского.

Смотреть что такое «САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН» в других словарях:

Сказки», изданные особо в 1887, появлялись первоначально в «Отечественных записках», «Неделе», «Русских ведомостях» и «Сборнике литературного фонда». Здоровье Салтыкова-Щедрина, расшатанное ещё с половины 1870-х годов, было глубоко подорвано запретом «Отечественных записок». Редакционной работой Салтыков-Щедрин занимался неутомимо и страстно, живо принимая к сердцу всё касающееся журнала.

Недуг впился в меня всеми когтями и не выпускает из них. Измождённое тело ничего не может ему противопоставить». Традиционный критический подход акцентирует внимание на отношении Салтыкова-Щедрина к реформам (не замечая разницы между личной позицией и художественным текстом).

При таких условиях для писателя с дарованием Салтыкова-Щедрина трудно было воздержаться от сатиры. Не щадит Салтыков-Щедрин и новые учреждения — земство, суд, адвокатуру, — не щадит их именно потому, что требует от них многого и возмущается каждой уступкой, сделанной ими «мелочам жизни».

Писатель, который видел будущее.

Наблюдая с своей сторожевой башни изменчивые картины настоящего, Салтыков-Щедрин никогда не переставал вместе с тем глядеть в неясную даль будущего. Таковы «Премудрый пискарь», «Бедный волк», «Карась-идеалист», «Баран непомнящий» и в особенности «Коняга».

Немного найдется в нашей литературе таких картин русской природы и русской жизни, какие раскинуты в «Коняге». Это особенно заметно при сравнении картин, аналогичных по сюжету, — например, картин пьянства у Салтыкова-Щедрина (Степан Головлёв) и у Золя (Купо, в «Западне»). Ещё ярче обрисована Арина Петровна Головлёва — и в этой чёрствой, скаредной старухе Салтыков-Щедрин также нашёл человеческие черты, внушающие сострадание.

В изображении кризиса, переживаемого Иудушкой и ведущего его к смерти, нет поэтому ни одной фальшивой ноты, и вся фигура Иудушки принадлежит к числу самых крупных созданий Салтыкова-Щедрина. Салтыков-Щедрин не примирен с прошедшим, но и не озлоблен против него; он одинаково избегает и розовой, и безусловно-чёрной краски. Может быть, где-нибудь и разыгрывались идиллии в роде той, которую мы видим в «Сне» Обломова; но на одну Обломовку сколько приходилось Малиновцев и Овсецовых, изображенных Салтыковым?

Негодуя против «улицы» и «толпы», Салтыков-Щедрин никогда не отождествлял их с народной массой и всегда стоял на стороне «человека, питающегося лебедою» и «мальчика без штанов». Немного, вообще, найдётся писателей, которых ненавидели бы так сильно и так упорно, как Салтыкова. Салтыкова называли «сказочником», его произведения — фантазиями, вырождающимися порою в «чудесный фарс» и не имеющими ничего общего с действительностью.

Эта мысль, очевидно, давно овладела Салтыковым-Щедриным. В феврале 1862 Салтыков-Щедрин в первый раз вышел в отставку. Теперь сказки Салтыкова-Щедрина воспринимаются совсем по-иному — и тем более явной становится их нестареющая мудрость…

Читайте также: